Суббота, 22.09.2018, 22:41
Приветствую Вас Гость | RSS

ВЗГЛЯД В ПРОШЛОЕ

Категории раздела
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 177
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Документы истории

Главная » Файлы » Мои файлы

Доклад Аккерманского Городского Головы А. А. Беликовича о хлебной торговле.
13.09.2018, 18:18

   Аккерманский уездный Комитет о нуждах сельскохозяйственной промышленности.

(Выдержка из «ТРУДА МЕСТНЫХ КОМИТЕТОВ О НУЖДАХ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ. БЕССАРАБСКАЯ ГУБЕРНИЯ». 1903 ГОДА ИЗДАНИЯ).

5-я ЧАСТЬ.

 

Доклад Аккерманского Городского Головы А. А. Беликовича о хлебной торговле.

 

Не далее, как пятьдесят лет тому назад производство и экспорт зернового хлеба стояли на одном уровне у нас в России и в Северо-Американских Соединённых Штатах. У нас и в Америке распахивались девственные земли, и земли эти, несмотря на примитивные способы обработки, приносили из года в год огромные урожаи. Снятый с поля руками хлеб приходилось десятки и сотни вёрст возить гужем по грунтовым, часто не проездным дорогам до ближайшего города и здесь продавать его скупщикам посредникам, которые доставляли зерно в вывозной морской порт, и отсюда уже, пройдя через несколько рук, хлеб перевозился на небольших, большей частью, парусных судах в Лондон и другие международные хлебные рынки.

В те годы единственными почти государствами, из которых вывозился хлеб, были Россия и Северо-Американские Соединённые Штаты. Вывоз зерна был сравнительно невелик, предложение не превышало спроса, и цены на зерно в государствах, покупавших хлеб, были столь устойчивы, что, за отчислением из вырученной за продажу хлеба в Лондоне или Марселе суммы львиной доли за доставку зерна, на барыши покупщиков и прочие накладные расходы, земледелец всё же получал за свой продукт плату, которая не только окупала его труд и денежные затраты, но позволяла делать сбережения, часто довольно крупные. Оно и понятно: годовая арендная плата за землю исчислялась всего десятками коп. за десятину; рабочие руки дёшевы, необходимые же для земледельца покупные товары колониальные и другие стоили не дороже, если не дешевле, чем теперь, так как они не оплачивались ещё высокими таможенными пошлинами.

За последние пятьдесят лет и у нас в России и в Америке положение земледельца резко изменилось: в Америке к лучшему, а у нас к худшему.

Со сказочной быстротой Америка довела до совершенства технику производства зерна и условия его экспорта. Американский фермер ведёт своё хозяйство согласно последнему слову агрономической науки. Всюду применяются им усовершенствованные машины: дисковые плуги, сложные конные сеялки и проч.

И вот прогресс техники привёл к тому, что в настоящее время американский фермер затрачивает на производство одной четверти зерна 7 минут времени, между тем как 50 лет тому назад он затрачивал на это целых 140 минут.

Какую огромную ценность представляет подобное сбережение времени в переводе на деньги, видно из следующего: по исчислению Департамента Земледелия Соединённых Штатов прогресс в технике обработки дал земледельческому населению Штатов сбережение в 1.362.943.654 рубля (за 1899 год).   

Эту сумму население Штатов потеряло бы, если бы американский фермер обрабатывал бы землю столь же примитивными способами, как 50 лет тому назад. Огромные сбережения приносят сельскому хозяйству Америки улучшение условий экспорта. Вся страна покрылась за последние десятилетие густой сетью железных дорог и ещё более густой сетью элеваторов железнодорожных, общественных и частных. Сеть эта настолько густа, что фермер прямо с поля сдаёт хлеб в элеватор. Отсюда обезличенное зерно доставляется железной дорогой по чрезвычайно низким тарифам к вывозным портам и на пароходах огромной вместимости опять-таки по грошевому тарифу перевозятся в государства, покупающие хлеб

Вероятно, американский фермер сберегает и на этих улучшениях условий экспорта зерна не меньше, чем на прогрессе техники обработки земли.

Кроме того, к услугам американского фермера имеется дешёвый личный кредит. При сдаче же с поля хлеба в элеватор получает варрант1, имеющий силу и ценность государственного банкового билета. Наконец, введение культурных форм хозяйства привело к тому, что урожаи в Америке в настоящее время относительно большие, чем в те годы, когда распахивалась ещё девственная почва. Так например: десять лет тому назад в шестнадцати штатах на 8 миллионах десятин земли имелись уже оросительные каналы, и было вырыто для орошения 13.492 артезианских колодца. Во сколько раз орошение увеличило доходность этой земли?

Совершенно иное у нас. Я беру, как пример, наш Аккерманский уезд, где 75% всей земли принадлежит мелким землевладельцам, крестьянам и мещанам, владеющим ею подворно. В течение последних 50-ти лет арендная плата за землю возросла с десятков коп. за десятину в год до 10 и 12 руб. Между тем наделы крестьян при современных условиях обработки столь малы для удовлетворения их насущных хозяйственных нужд, что чуть ли не каждому приходится приарендовывать землю у помещиков, не говоря уже о так называемых десятинщиках, не имеющих ни клочка собственной земли.

В технике производства зерна нет почти никакого прогресса. Формы хозяйства остаются до сих пор примитивными, и земля истощилась, что ведёт к падению урожайности. Кредит обходится крестьянину не менее 24% 30% годовых.

Условия экспорта улучшились; хлеб проходит через несколько рук, и накладные расходы по перевозке хлеба прямо-таки огромны.

И вот при таких-то условиях нашему земледельцу-крестьянину приходится конкурировать на мировом рынке с американским фермером и конкурировать в то время, когда начался вывоз в Европу хлеба из Южной Америки, из Австралии и Индии.

Условия спроса и предложения в настоящее время совершенно изменились сравнительно с былым временем, и рыночная цена на зерно устанавливается на мировом рынке не нами и вне зависимости от условий нашего сельского хозяйства и стоимости производства зерна у нас. Мы же русские, в особенности земледельцы-крестьяне, вынуждены сбывать свой урожай немедленно по снятии его с поля осенью и сбывать по какой бы то ни было цене, хотя бы и убыточной. В Аккерманском уезде, где, как сказано выше, преобладает крестьянское мелкое землевладение, урожай у огромного большинства запродан уже весною. Крестьяне нуждаются всегда в деньгах для уборки хлеба, представители же оперирующих у нас Одесских экспортных хлебных фирм являются одновременно и скупщиками зерна, и банкирами. Не имея к своим услугам мелкого дешёвого кредита, земледелец вынужден обращаться за ссудой или к этим полу-банкирам, или к профессиональным ростовщикам. Хлебопромышленник выдаёт ему ссуду за весьма высокие проценты и обязывает заёмщика возвратить заём к определённому сроку не деньгами, а зерном по условленной цене. Цена определяется ниже рыночной или обусловливается скидка с рыночной цены, и в конце концов, ссуда на уборку хлеба обходится не менее 24%.

Таким образом, для уплаты ссуды наш земледелец-крестьянин часть своего урожая продаёт заранее; остальную же часть он вынужден продать для уплаты налогов и податей и продать притом осенью же, когда на рынок выбрасывается масса зерна. И вот, когда американские фермеры, имеющие к своим услугам и технику, и агрономическую науку, и дешёвый кредит, и элеваторы соединяются для борьбы со скупщиками в могучие кооперации, устанавливают на мировом рынке дешёвые, но выгодные для них цены на зерно, наш крестьянин, переплатив чудовищные проценты, вынужден продавать скудный урожай со своего примитивным способом обработанного поля чуть ли не в убыток. Не мудрено, что у нас, в Аккерманском уезде начался уже процесс разложения мелкого крестьянского хозяйства. Сначала слабеют менее зажиточные дворы; земли их поступают в залог и в аренду к сельским ростовщикам (сотни подворных участков перешли уже и в собственность залоговзятелей); затем начинается распадаться и инвентарь, и в течение нескольких лет хозяин двора превращается в бездомного десятинщика, батрака или уходит в город. Но в неурожайные годы, как например в 1899 г., сразу опускаются и зажиточные дворы, и процесс разложения захватывает и эти устои крестьянского землевладения. Что же теряет вследствие этой отсталости вся Россия? Если Америка, как сказано выше, сберегает ежегодно миллиарды рублей только на усовершенствование сельскохозяйственной техники, то несомненно, что русский земледелец не дополучает многие миллиарды вследствие отсутствия прогресса в этой области, вследствие отсутствия дешёвого кредита и вследствие не благоустройства хлебного экспорта.

Несомненно, что вопрос о том, как выйти нам из столь тяжёлого положения – вопрос государственной важности, а может быть и вопрос жизни. Казалось бы, что решение вопроса, какими способами поднять нашу экономическую жизнь, просто. Пусть наши крестьяне ведут своё хозяйство так же, как ведут его собратия – американские фермеры, пусть обрабатывают свои наделы паровым плугом и применяют к своему хозяйству выводы агрономической науки, пусть соединяются в кооперации, пусть основывают ссудные товарищества и проч., и проч.

Но столь коренное и радикальное решение вопроса рассчитано по необходимости на очень долгие годы. Для того, чтобы наш крестьянин в силах был поставить своё хозяйство столь же высоко, как поставлено оно у его американского конкурента, необходимо выработать в нём то же умение, те же знания, которыми обладает его счастливый соперник. В том, что такая духовная переработка нашего хлебопашца – дело государственной важности и необходимости, сомнений быть не может. Политическая борьба между национальностями сменилась экономической борьбой, в которой побеждают более приспособленные нации. Даже в пределах нашего Аккерманского уезда поселяне немцы, более умелые и более культурные, чем наши крестьяне, быстро развивают своё земледелие за счёт русского. Если же нас побеждают в экономической борьбе дома, то что же нас ждёт в борьбе с другими государствами на мировом рынке во всех отраслях народного хозяйства.

Экономически слабые народы становятся в зависимое положение от экономически сильных, и зависимость эта хотя и не так материальна и не так груба, как политическая, но может быть ещё более тяжела. Но как уже сказано меры, которые, могут дать нашему крестьянству духовные и материальные орудия для жизненной борьбы, рассчитаны на сравнительно долгий срок. Между время не терпит. Доходность земледелия должна быть увеличена, иначе нашему уезду полное оскудение. Ведь земледелие у нас – главное занятие населения. Фабрик и заводов в нашем уезде нет. Лишь земледелие поддерживает у нас торговлю и промышленность, и потеря нашим крестьянином покупной способности подорвёт весь склад нашего быта.

Поэтому для поддержки нашего земледелия до того времени, когда оно будет поднято радикальными мерами, необходимы меры, не имеющие столь широкого характера, но которые могут оказать верное и быстрое влияние. Для нашего уезда одной из таких мер следует признать улучшение условий экспорта зерна устройством в Аккермане морского порта. Город наш расположен на берегу Днестровского лимана в 16 верстах от соединения лимана с морем и в 65 верстах по водному пути от Одессы. Но вследствие мелководья лимана (7 по фарватеру) к Аккерманскому порту не могут подходить суда дальнего плавания, и Аккерманский уезд вывозит 14.000.000 пудов зерна в год по Бендеро-Галацкой железной дороге и через Килийский порт, и через Аккерман и мелкие пристани на Днестре в Одессу, откуда наше зерно идёт в Марсель и Лондон. Через Аккерман вывозится в среднем ежегодно 6.600.000 пудов зерна. За эти 6.600.000 пудов земледельцы Аккерманского уезда не дополучают по крайней мере 660.000 руб. в год в следствие отсутствия в Аккермане морского порта. Эти 660.000 рублей поступают в настоящее время в пользу скупщиков, маклеров, магазиновладельцев, пароходовладельцев и проч. и проч. На эти совершенно излишние расходы идёт около 15 – 20% всей стоимости зерна.

Накладные расходы эти следующие: трудно поверить, что морской фрахт между Аккерманом и Одессой бывает иногда равен фрахту Одесса – Марсель, доходя осенью до 5 коп. и выше. Эта цифра официально установлена инженером Руммелем2 в его книге об условиях судоходства в Аккерманском лимане. Средний годовой фрахт по сведениям Одесского биржевого комитета равен 2 – 21/4 коп., хотя в действительности он несколько больше; средний фрахт равен 31/2 коп. Так как наши земледельцы продают своё зерно осенью, то экспортёры при договоре с земледельцем принимают в расчёт осенние фрахты и при том несколько выше среднего. Следующий накладной расход – это магазинар. Хлеб грузится с гужевых подвод прямо на баржи (бордо) только в те базарные дни, когда привоз бывает значителен, и в порту имеются свободные баржи. Три четверти общего количества зерна ссыпаются в магазины, и выгоды от случайных погрузок бордо достаются не земледельцу, а скупщику.

Расход на магазинар, т. е. плата за хранение зерна в магазинах, плата лопатникам, мерщикам составляет в общем не менее 1,5 коп. с пуда. (Статистик г. Одессы г. Бориневич исчислял эти расходы для Одессы выше 1,5 коп., а именно: хранение 1 пуда зерна в магазине 1,24, лопатники 0,5 и мерщики 0,4 с пуда). Так как магазины для удобства покупки привозимого хлеба расположены на окраинах города при въезде в него и далеко от порта, то доставка пуда зерна к судам обходится в среднем 2 коп. (не считая проката мешков). Расходы же по транспортировке зерна в Одессу включительно с погрузкой на трюмы судов дальнего плавания составляют 4 коп. с пуда сверх фрахта (1 коп. комиссионер, 1 коп. перегрузка зерна в трюм иностранных пароходов, 0,5 коп. приказчик, 0,5 коп. страховка и т. д.).

Таким образом накладные расходы по транспортировке хлеба в Одессу составляют 11,5 коп. с пуда: 3.5+1,5+2,5+4 коп. (не считая маклеров, барыши скупщиков и т. п.); 10 коп. из этих денег остались бы земледельцу, если бы в Аккермане существовал морской порт и элеватор. Элеваторы имеют в хлебной торговле огромное значение. Вот, что говорит г. Скальский в своей книге «Русский торговый флот» о влиянии элеваторов на развитие хлебной торговли Америки: «удешевления прямых и побочных начётов транспортировки, правильной рассортировки хлеба, одинаково, как и преимуществ дешёвого подтоварного кредита, американцы достигли путём широкого применения элеваторов, местных и портовых, крупных и малых». Весь начёт элеватора с момента поступления в него зерна до момента выгрузки в суда составит с обязательным проветриванием, очисткой и проч. 2 коп. с пуда (такса в пункте V мнения Государственного Совета об устройстве элеваторов-зернохранилищ в гор. Одессе. В Америке же ещё 10 лет тому назад начёт составляет 1 к.)

Но за эти 2 коп. элеватор приносит неисчислимые выгоды. Такса на элеватор постоянна, и экспортёр заранее может рассчитать, во что обойдутся ему соответствующие накладные расходы. Подвижность этих расходов исчезает. Расходы на маклеров и приказчиков понижаются. Но что самое главное, элеватор очищает хлеб, сортирует, обезличивает и даёт возможность продавать хлеб заграничным фирмам не на месте, а в заграничных портах и получать за него высшую цену, какая будет в данный момент на заграничном рынке, а последняя возможность принесёт нашему земледельцу новые и, надо думать, значительные выгоды.

Как указывает г. Бориневич («Очерки хлебной торговли Одессы»), наши экспортёры, не желая нести убытки и не имея никаких средств к борьбе с конкурентами на международном хлебном рынке, старались выиграть в подмесях, чем окончательно подорвали добрую славу нашего хлеба. Мы вынуждены продавать его всё дешевле и дешевле. Писал это г. Бориневич в 1890 г. Положение это с тех пор не улучшилось; свидетельствуют об этом недавние громкие процессы в Николаеве и Одессе о подмеси к зерну песка, и значительная разница между стоимостью зерна в Лондоне, Марселе и Одессе.

У г. Бориневича приведена таблица разницы цен зерна в Лондоне и Одессе. Берём из неё цены озимой пшеницы в Лондоне и Одессе в 1886, 1888, 1889 годах и сравниваем с ценою в 1902 г.

                         Лондон        Одесса      Разница

1886………….105 – 135    98 – 127       7 – 10

1888………….109 – 159    85 – 130     24 – 28

1889………….102 – 124    74 – 107     28 – 17

Июль 1902………….103 – 108    67 –   92     36 – 16    

Из этого сопоставления видно, что хлеб наш всё дешевеет, и что мы вследствие неправильной Одесской хлебной торговли не получаем за него даже той цены, которую могли бы получить и которую получают в Лондоне наши, поставленные в лучшие условия экспорта конкуренты. Но теряют на этих подмесях, конечно, не экспортёры, а наши земледельцы, которые получают пониженную плату не за подмешанный, а за чистый хлеб. Если у нас в Аккермане устроится морской порт и элеватор, то наше зерно перестанет поступать в Одесские лаборатории и отправляемое за границу без подмесей будет продаваться не по пониженным, а по нормальным ценам, так как общеизвестен тот факт, что наш хлеб в чистом виде, по природным достоинствам своим, стоит выше американского. Выразить в цифрах те выгоды, которые принесут земледельцу повышение качества зерна, довольно трудно. Но пусть он выиграет постепенно те 10 коп. с пуда, на которые понизилась вследствие подмеси цена на русский хлеб в Лондоне, по исчислениям г. Бориневича, всего с 1886 г. по 1889 г., то и тогда польза порта и элеватора неисчислимы, так как земледелец будет со временем получать за своё зерно приблизительно 20-ю копейками на пуд больше, чем теперь.

Жизненный для Аккермана и для всего Аккерманского уезда вопрос об устройстве у нас морского порта обратил на себя в 1899 году внимание Аккерманской Городской Управы, которая вступила в переговоры с предпринимателем по устройству в Аккермане водопровода г. Б. И. фон-Вангелем, и в том же году городское общественное управление подписало с г. фон-Вангелем предварительное соглашение об устройстве им в Аккермане морского порта. Г. фон-Вангель обязался, при согласии на то Правительства, прорыть за свой счёт в Днестровский лиман от моря до Аккермана глубокий канал (около 23 глубины) и устроить в Аккермане порт с тем, чтобы ему было предоставлено на 65 лет право эксплуатации порта, с правом взимания с каждого пуда ввозимого в порт из-за границы и вывозимого за границу товара не свыше 11/2 коп.  Г. фон-Вангелю предоставлено также право устройства портовых элеваторов. Если бы плата за проход судов по каналу взималась бы всегда максимальная в 11/2 коп., то земледелец тяготеющий в настоящее время к Аккерману района получил бы от устройства морского порта в Аккермане 10 коп. прямой выгоды на продаваемом пуде зерна, не считая тех косвенных, не вполне поддающихся точному исчислению выгод, которые принесут ему улучшение качества экспортируемого зерна, уменьшение числа рук, через которое проходит зерно до вывоза за границу и проч.

Наш земледелец-крестьянин, при обычной обработке поля, имеет с десятины озимой пшеницы 6 руб. чистого дохода и с десятины ячменя 3 руб. С устройством же в Аккермане порта, его чистый доход увеличится на 67% (4 руб. с десятины) лишь вследствие уменьшения накладных расходов по экспорту. Землевладельцы района уезда, тяготеющего в настоящее время к Килии, получат от устройства в Аккермане порта несколько меньшие выгоды, так как при перемене Килийского рынка на Аккерманский стоимость провоза пуда зерна будет им обходится дороже на 1 коп. на каждые 10 вёрст (по исчислению Бессарабского губернского статистика г. Лемперта) гужевой транспортировки, но всё же и их выгоды будут чрезвычайно велики.

Но кроме этих выгод, как земледелец, так и остальное население города и уезда получит от Аккерманского морского порта и другие побочные выгоды. Прежде всего все иностранные товары колониальные, мануфактурные, земледельческие орудия получались бы прямо в Аккерман без посредничества Одессы и без связанных с этим посредничеством накладных расходов, что удешевило бы стоимость этих товаров. В Аккерман стали бы приходить для экспорта за границу масса хлебных и других грузов с Днестра. Днестровские суда нагружались бы здесь предназначенными для Приднепровского края иностранными товарами, а также солью, нефтью, каменным углём и прочими товарами внутреннего производства. В Аккермане закипит торговая деятельность, и нет сомнения, что в скором времени он превратится в большой благоустроенный город с десятками, а, может быть, и сотнями тысяч жителей. Превращение Аккермана в крупный торговый центр также несомненно благотворно повлияет на подъём сельскохозяйственной промышленности ближайшего к городу района уезда; в Аккермане усилится спрос на продукты садоводства, огородничества, животноводства, молочного хозяйства, поднимутся цены на наше виноградное вино, так как независимо от увеличения потребления вина на месте Аккерман в торговле вином станет играть ту роль посреднического рынка, которую играет в настоящее время Одесса. Общеизвестен тот факт, что стоит нашему Аккерманскому вину переправиться в Одессу, как стоимости его уже повышаются. Все выгоды, которые даёт порт нашему сельскому хозяйству, трудно даже перечислить. Вероятным, например, последствием устройства порта будет проведение железной дороги между Аккерманом и Одессой. Как известно, концессия на эту линию получена Петербургским обществом подъездных путей, и даже произведены изыскания линии и остановка за тем, что общество не могло до сих пор образовать необходимый акционерный капитал. Причина недоверчивого отношения капиталистов к этому предприятию кроется, надо думать, в том, что железная дорога проектирована дорогая, ширококолейная, рассчитанная по своему типу главным образом на грузовое движение; главный же груз, который может дать Аккерман и его уезд, это 2.000.000 вёдер вина и 1.400.000 пудов зернового хлеба. Но зерновой хлеб не пойдёт по железной дороге, вследствие дороговизны провоза. По сведениям Одесского Биржевого Комитета, провоз по уменьшенному навигационному тарифу 1 п. зерна от станции Варницы до Одессы (120) обходится с погрузкой в трюмы парохода 7,74 коп., при чём 4,27 коп. приходится на долю накладных расходов. Накладные расходы по существу своему не могут быть уменьшены и будут те же и по линии Аккерман – Одесса. Если даже предположить, что тариф от Аккермана до Одессы будет равен всего 1 коп. с пуда зерна, то получится, что в общем провоз обойдётся в 5,27 коп., не считая стоимости перевоза груза через лиман. Очевидно, что при таком тарифе железнодорожный путь не может конкурировать с водным путём, где средний годовой фрахт следует считать в 2 коп., погрузку в 1 коп. и перевод баржи в карантинную гавань 0,1 коп.

Остальные расходы одинаковы при железнодорожной и при водной транспортировке зерна. Если железнодорожная линия, рассчитанная на грузовое движение, не в силах привлечь главный груз края, то эксплуатация её не может считаться выгодной.

Совершенно иное, если Аккерман превратится в крупный торговый центр. Тогда он несомненно соединится с Одесской узкоколейной железнодорожной линией, рассчитанной на пассажирское и мелкое товарное движение. Теперь существует уже проект подобной дороги, рассчитанной главным образом на летнее, дачное движение. С открытием коммерческого морского порта в Аккермане подобная дорога сделается блестящим предприятием. Надеюсь, что всё, сказанное выше, доказывает, что устройство в Аккермане коммерческого морского порта является для нашего края жизненным вопросом. К сожалению, предприятие это встречает уже противодействие и, надо думать встретит ещё больше, когда представленный в Городскую Управу г. Фон-Вангелем несколько дней тому назад технический проект и концессионный договор поступит на утверждение Правительства. В виду возможности подобного противоречия, я полагаю, в высшей степени важным для успеха дела, чтобы будущее ходатайство г. Аккермана об устройстве порта было поддержано возможно большим числом заинтересованных лиц и учреждений. Особенно же важное значение будет несомненно иметь в этом вопросе ходатайство местного Комитета о нуждах сельскохозяйственной промышленности. В виду этого я предлагаю Комитету сделать нижеследующее постановление: что Комитет находит делом огромной важности поддержание в Аккерманском уезде крестьянского хозяйства, так как 75% всей площади уезда обрабатывается крестьянами-собственниками и арендаторами; что при настоящих низких ценах на зерновой хлеб в Аккермане и при теперешних несовершенных способах производства зерна сельское хозяйство в Аккерманском уезде вообще, а крестьянское хозяйство в особенности стало бездоходно, а иногда прямо убыточно; между тем в уезде нет фабрик, кустарные промыслы не развиты, и кормит все 300.000 население уезда, как земледельческое, так и торговое, исключительно сельскохозяйственная промышленность; что увеличение доходности земледелия является жизненным вопросом для населения всего уезда.

Что увеличение это может быть доступно: 1) путём повышения цен на зерно в Аккермане; 2) путём увеличения урожайности земли и удешевления стоимости производства зерна. Что лишь второй путь может поставить на должную высоту нашу сельскохозяйственную промышленность и сделать у нас из земледелия в высшей степени выгодное занятие, но что этот путь, требуя предварительного подъёма культуры населения, очень долог. Что в виду этого для нашего уезда является жизненной необходимостью быстрое повышение цен на зерно. Что повышение это достижимо устройством в г. Аккермане вывозного морского порта и элеватора. Что устройство порта и элеватора: 1) уменьшит на 10 коп. накладные расходы по экспорту зерна; 2) улучшит качество экспортируемого зерна, избавит зерно от недобросовестных примесей и подымет продажную цену зерна в Аккермане, и надо думать, что разница между стоимостью зерна в Лондоне и в Аккермане будет не более 15 коп. (стоимость фрахта – страховки – и барыши экспорта). Между тем, в настоящее время разница эта доходит до 50 коп. на пуде пшеницы, тогда как наша пшеница, не испорченная подмесями, ценится выше американской, и за неё платится высшая биржевая цена; 3) доставит населению города и уезда другие неисчислимые выгоды. Что порт может быть построен без затрат со стороны казны, путём частной предприимчивости, так как Аккерманское Городское Общественное Управление заключило уже предварительное соглашение об устройстве порта с предпринимателем Б. И. Фон-Вангелем.

Что местный Комитет о нуждах сельскохозяйственной промышленности ходатайствует перед Особым Совещанием: 1) о признании необходимости скорого сооружения в Аккермане морского порта, так как порт будет иметь жизненное значение для Аккерманского уезда и принесёт значительные выгоды населению Приднестровского края, вынужденного в настоящее время, вследствие неимения при устье Днестра вывозного морского порта, переплачивать значительные суммы при вывозе и ввозе продуктов; 2) о том, чтобы высшие правительственные учреждения при разрешении ходатайства города Аккермана об устройстве морского порта отдали преимущество интересам 300.000 населения г. Аккермана и уезда перед интересами пароходных и железнодорожных, хотя бы и казённых, обществ и одесских хлеботорговцев.

Кроме неблагоприятных условий экспорта, злым недугом нашего земледелия является безводье уезда и частые засухи. В виду этого важным вопросом нашей сельскохозяйственной промышленности и при том вопросом, который может быть решён только при помощи Правительства, является вопрос о искусственном орошении земли.

Пионером искусственного орошения является у нас в России помещик Области Войска Донского А. М. Жеребцов. Г. Жеребцов устроил в своём имении три искусственных пруда, поверхность которых заняла 233 десятины. В эти пруды стекает вода с 6000 десятин земли. Посредством труб вода из прудов спускается через широкие и высокие плотни на орошаемые поля, занимающие 1200 десятин.

Устройство орошение принесло следующие результаты: в 1891 г., когда соседние с имением г. Жеребцова поля представляли пустыню, г. Жеребцов получил с десятины орошаемой земли 70 пуд. яровой пшеницы. Вообще же урожайность орошаемой десятины превышает в его имении на 40 – 50 пудов урожайность неорошаемой.

Не вся земля, занятая прудами, пропадает у него непроизводительно: более половины её освобождаются у него от воды уже весной, и здесь получаются прекрасные укосы травы, с лихвой окупающие потерю для земледелия площади, занимаемой водой. (См. Кизенков: «Орошение полей снеговой водой»). Что касается стоимости устройства подобного орошения, то г. Жеребцову пруды, сборные, водопроводные и распределительные канавы и проч. обошлись в 72 руб. с орошаемой десятины. Столь значительная затрата объясняется дороговизной рабочих рук. В Шиханском же имении гр. Шувалова (близ г. Вольска) устройство орошения обошлось всего по 8 руб. 60 коп. от орошаемой десятины. Ежегодный расход на ремонт всех сооружений доходит у г. Жеребцова до 4 руб. 37 коп. с орошаемой десятины.

Но все статьи как единовременных, так и ежегодных затрат слагаются исключительно из плат землекопам за устройство плотин, рытьё каналов и прочее.

При устройстве орошения на крестьянских землях стоимость подобных работ сводится к нулю, так как они были бы выполнены самими собственниками земли. А так как в нашем уезде ¾ всей земли принадлежит крестьянам, то искусственное орошение полей, не требуя от них никаких затрат, кроме личного труда, не требуя для успешности применения подъёма культурного уровня, является для населения нашего уезда делом чрезвычайной важности.

Но для устройства орошения необходимо предварительное изучение специалистами профиля местности, исследование грунта, нивелировка, выяснение размеров площади земли, с которой необходимо собирать воду для орошения одной десятины и прочее.

Ценные для выяснения некоторых из перечисленных вопросов сведения уже имеются, благодаря многолетним метеорологическим записям метеорологической обсерватории Е. И. Софианова. Но другие необходимые для решения вопроса данные могут быть добыты только на месте исследования специалистов. Исследования эти настолько долги и сложны, компетентные в подобных исследованиях специалисты так высоко ценят свой труд, что приглашение их не по силам ни местному земству, сметы которого финансированы, ни более крупным землевладельцам уезда, не говоря уже о крестьянах.

Но при Министерстве Земледелия имеется специальная экспедиция генерала Жилинского, производящая подобные исследования, и я предлагаю Комитету ходатайствовать о присылке в Аккерманский уезд означенной экспедиции.        

    

 

1Варрант – 1. Ценная бумага, дающая держателю право покупать пропорциональное количество акций по оговоренной цене в течение определённого промежутка времени, как правило, по более низкой по сравнению с текущей рыночной ценой;

2. Свидетельство товарного склада о приёме на хранение определённого товара, то есть, варрант – это товарораспределительный документ, который используется при продаже и залоге товара.   

 

2Руммель Владислав Юлианович – русский инженер путей сообщения. В результате изысканий, проведённых в 1895 – 96 гг., издал книгу «Устье реки Днестра и Днестровский лиман».        

Категория: Мои файлы | Добавил: flirt
Просмотров: 43 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
Вход на сайт

Поиск
Поиск видео