Среда, 20.02.2019, 21:42
Приветствую Вас Гость | RSS

ВЗГЛЯД В ПРОШЛОЕ

Категории раздела
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 182
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Каталог статей

Главная » Статьи » Мои статьи

«Чёрная кошка». Как это было.

«Чёрная кошка». Как это было.

.«ПРЕСЛОВУТАЯ «ЧЁРНАЯ КОШКА»

Владимир Арапов

Викентий Соломин

Фильм «Место встречи изменить нельзя», в котором шла речь о розыске и обезвреживании легендарной банды «Чёрная кошка» стал классикой жанра. Многие, вероятно думают, что эта история – выдумка братьев Вайнеров, подобно многим другим детективам. Но это не совсем так. Конечно, в фильме, как и в романе «Эра милосердия», по которому С. Говорухиным на Одесской киностудии был снят мини-сериал, не обошлось без художественного вымысла. Однако в основе сюжета лежит правдивая история из жизни легендарного «опера» отдела по борьбе с бандитизмом МУРа – Владимира Арапова.  

     Эта произошедшая ещё в сталинские времена, история, по большому счёту, имела и свою предысторию. Дело в том, что слухи о банде «Чёрная кошка», грабившей дерзко и жестоко, время от времени появлялась во многих городах Советского Союза ещё с конца 20-х годов прошлого века. Но до конца Великой Отечественной войны это были мелкие шайки по три-четыре человека, в основном состоявшие из бродяг, попрошаек, карманников и «форточников», совершавших кражи через незакрытые окна. Они, не связывались с убийствами, воровали «по мелочи», на этих же мелочах и попадались. Однако с окончанием войны дело приняло неожиданный даже для опытных муровцев оборот – небывалый рост вооружённой преступности. Причин было тому много. Во-первых, чуть ли не все поля и леса европейской части были буквально завалены оружием – какое угодно, только не ленись и собирай! Во-вторых, голод зимы 1945 – 1946 годов толкал людей и на более страшные вещи. И, наконец, то, что первой, настоящей бандой жестоких грабителей-убийц, по «доброй» традиции именовавших себя «Чёрной кошкой», были… подростки-беспризорники 12 – 16 лет!

     Страна воевала и девиз «Всё для фронта! Всё для победы!» в данном случае полностью соответствовал своему содержанию – у руководства страны частенько не хватало ни рук, ни времени на то, чтобы обратить внимание на тысячи детей сирот. Нет, конечно, существовали детские дома, приюты, суворовские и нахимовские училища, но они были не резиновые, да и порядки там не многим отличались от тюремных. Там правило: «Закон – тайга!» приобретало самый извращённый смысл. Выживали в буквальном смысле, сильнейшие, хитрые и жестокие. Еды и одежды на всех не хватало, поэтому многие подростки убегали на улицу, попадая в лапы опытных уголовников-наставников и пополняя мир криминала. Дети-преступники, видевшие смерть своих близких и знакомых, словно волчата, боровшиеся за выживание в детских домах, не боялись крови и не знали жалости. Они при малейшем намёке на то, что их «возьмут» пускали в ход ножи и пистолеты, найденные на полях сражений. И как позже вспоминал один из таких беспризорников, сумевший вырваться из этой среды, в их «компании пацаны жизни боялись больше, чем смерти…». Дошло до того, что в 1943 году Совнарком был вынужден даже принять временную поправку в УК СССР, в которой подростков, замешанных в саботаже, бандитизме, шпионаже или терроризме и достигших четырнадцати лет, причисляли к совершеннолетним. Они подлежали суду военного времени, что автоматически означало одно – расстрел.

     Впрочем, к счастью, подростковые банды были не столь многочисленны, и к концу 40-х годов, когда у государства и милиции несколько освободились руки, они были ликвидированы. Большую часть малолетних беспризорников вернули в детские дома. Те, кто был замешен в преступлениях и пойман, пополнили специальные тюрьмы и лагеря-«малолетки», а часть наиболее озлоблённых подростков-бандитов убита во время задержаний.  В архивах МУРа можно найти один  прелюбопытный и трагичный по своему содержанию рапорт участкового С. Алёхина, участвовавшего в облаве, проводившейся в районе Сокольников. Поздно вечером 17 октября 1946 года в дежурную часть 9-го линейного отделения милиции поступил звонок. Не назвавшийся человек сообщил, что кто-то грабит небольшой продуктовый магазин, из помещения которого слышны истошные женские крики и стрельба! К месту происшествия немедленно выехала оперативная группа. Как оказалось, в ходе вооружённого разбоя был застрелен директор магазина и пожилая женщина-покупатель, девушка-продавец получила тяжёлое ножевое ранение в живот. Сами преступники, прихватив дневную выручку и продукты, скрылись за несколько минут до появления милиции. Оперативники по горячим следам начали преследование. Спустя 15 минут по наводке случайного свидетеля удалось выяснить, что группа подозрительных подростков с заплечными торбами и мешками скрылась в развалинах дома. Беспризорников попытались взять «с ходу», но неудачно – в возникшей перестрелке один милиционер был убит и один получил касательное ранение руки. Второй «штурм» был более удачен – подростков окружили и после короткой схватки арестовали. Но не всех. Из восьми человек двое отстреливались до последнего и были убиты оперативниками, а ещё один застрелился сам. Была ли эта группировка «Чёрной кошкой», так и не удалось выяснить, а меж тем, слухи об этой банде продолжали возникать и после её уничтожения. Слухами о пресловутой «Чёрной кошке» полнилась Москва и Ростов-на-Дону, Одесса и другие города. Но, по мнению многих историков, банда «Чёрная кошка» как таковая не существовала, просто ей зачастую приписывали все громкие преступления, вплоть до начала 50-х годов.   

 

ПЕРЕДОВИКИ РАЗБОЙНОГО ДЕЛА

Митин

     Интересно, что хотя в Первопрестольной бандитов и воровских «малин» было предостаточно, литературными и киношными «героями» стали вовсе не они, а жестокая и дерзкая шайка подмосковного Красногорска. В то время небольшой тихий городок отличался от десятка таких же разве, что заводом, выпускавшим фотоаппараты – знаменитый «Зоркий». Но это было лишь «прикрытие». На самом деле главной продукцией Красногорского механического завода, была «оборонка», выпускавшаяся на оборудовании, вывезенном из Германии с Фабрик К. Цейса. Специальные топографические и панорамные аэрофотоаппараты, инфракрасные системы наведения, ночные прицелы для артиллерии, танков и автомата Калашникова. Там же находился и «номерной» 34-й авиазавод. В СССР оборонные предприятия и города, в которых они располагались, находились на особом положении: лучшее продуктовое и промтоварное обеспечение, повышенные зарплаты, льготы, и прочее. Красногорск был именно таким спецгородом. Однако славился он не этим, а своими спортивными достижениями – его стадион «Зенит» был спортивной базой Подмосковья, можно сказать, сердцем Красногорска, базой сильных команд по хоккею, футболу, волейболу и лёгкой атлетике. Стадион был примечателен тем, что там находился деревянный павильон, в котором обычно собирались обсудить свои дела местные спортсмены-любители и болельщики. Тут же парни частенько назначали свидания девушкам и тут же происходили встречи компании молодых людей: высокого блондина Митина с авиазавода, крепких коренастых  парней-спортсменов Самарина, Агафонова, Лукина, Григорьева и Коровина с механического завода. Эти тоже были любителями посудачить о спорте, но чаще – говорили «за жизнь». И среди прочих последних тем января 1950 года стала отмена моратория на смертную казнь.

Самарин

 

Лукин

 

     Советский Союз недолго выдержал без «вышки» - всего два года. И, словно в ответ на этот шаг, 1 февраля 1950 года в Химках был убит сотрудник милиции. В тот роковой вечер стоял жестокий мороз. Старший оперуполномоченный А. Кочкин и местный участковый В. Филин совершали обход территории в Химках и решили свернуть к продуктовому магазину. Там находилось трое, двое вышли покурить, а третий снова вошёл в зал. На расспросы бдительной кассирши молодой парень ответил, дескать, он – сотрудник милиции в штатском. Скорее всего, тон да и вид «сотрудника в штатском» не внушили доверия продавщице, и она сообщила о своих подозрениях вошедшим милиционерам. А. Кочкин остановил двоих парней, Митина и Самарина, попросив их предъявить документы. «А ты кто такой?» – закричал Митин, и пока милиционеры поворачивались к нему, Самарин выхватил из-за пазухи наган и выстрелил в упор в Кочкина. Милиционер был убит наповал. Второй милиционер, В. Филин, стал лихорадочно доставать оружие из кобуры. Меж тем, Митин и Агафонов, бросились бежать и через мгновение услышали ещё один выстрел. Они ожидали пули в спину, но это стрелял не милиционер, а Самарин. Участковому сильно повезло – неопытный стрелок Самарин промахнулся с 15 метров. До Красногорска каждый добрался сам по себе, и только утром стало известно, что все трое уцелели. Начало было положено.

     На следующий день троица, не особо задумываясь над совершённым преступлением, как ни в чём не бывало отправилась на работу. Им нельзя было привлекать лишнего внимания. Тем более что и Самарин, и Митин, и Агафонов числились в передовиках производства, а их фотографии даже висели на заводской Доске почёта!

 

ПОСЛЕ МИРНОГО ДНЯ ТРУДОВОГО…

     Спустя несколько дней компания, как обычно собралась на стадионе. Естественно, это ни у кого не вызвало подозрений, а меж тем, там происходил «разбор полётов», во время которого Митин с удивлением заметил, что в газетах нет ни слова о происшествии. Всё объяснялось просто. Во-первых, убийство милиционера случилось за несколько недель до выборов в Верховный Совет. Газеты пестрели предвыборными обязательствами и рапортами о достижениях в экономике, о том, как рабочие «в едином порыве» демонстрировали свою беззаветную любовь к великому Сталину, и прочими помпезностями. Поэтому вполне понятно, что в обстановке «всеобщего ликования», трагическая гибель милиционера  обнажила бы слишком мрачную реальность. А во-вторых, чтобы перекрыть преступникам информацию по делу, были приняты все меры, чтобы слухи о кровавом нападении не проникли в прессу. Следствие работало в обстановке полной секретности.

     26 марта троица красногорских бандитов: Самарин, Митин, вместе с Григорьевым вошли в промтоварный магазин Тимирязевского района. «Всем стоять! Мы из МГБ!» покупатели и продавцы, перепуганные криком, буквально остолбенели… После грабежа преступники загнали посетителей в подсобку и заперли магазин  на навесной замок. Добыча грабителей составила более 6300 рублей. По тем временам – целое состояние! Летом бандиты-«передовики» отдыхали, что и немудрено при таком куше.

     А осенью, когда закончились награбленные деньги, вместе с новым участником, неким Болотовым, совершили налёт на промтоварный магазин пароходства Канала им. Москвы. Посетители оторопели от вида страшилища с выпученными глазами – боясь быть узнанными, Болотов вырезал маску из противогаза, а в руках держал «лимонку». И хотя граната была учебной, кассирша при виде её упала в обморок. Спустя три недели шайка совершила новый налёт. На сей раз «передовики» ограбили магазин на улице Кутузовская Слобода. Затем наступил перерыв, а в начале марта 1951 года банда вновь проявилась. Тогда Митин, Аверченков и Агеев, вооружённые двумя пистолетами, посетили «Голубой Дунай» – пивной ресторан на Ленинградском шоссе. Сначала бандиты выпивали и присматривались к обстановке, а затем Митин выхватил ТТ и, словно танк, поднимающий всё на своём пути, двинулся к кассиру. За одним из столиков сидел с женой младший лейтенант милиции М. Бирюков, который решил «пресечь хулиганскую выходку». Он и подумать не мог, что перед ним не просто пьяные хулиганы, а хладнокровные убийцы. Несмотря на хмель, реакция Митина была почти мгновенной – раздались два выстрела, и в зале два трупа: милиционер и заводской рабочий за соседним столиком. Поднявшийся крик и паника не дали совершиться ограблению. Митин бросился вон из помещения. Заметив в темноте мужчину и женщину, в неразберихе двигавшихся в его направлении, он снова дважды выстрелил, легко ранив обоих. Именно после этой провальной, но «такой молодецкой» операции, у красногорских «братков» появляется бандитский кураж и азарт. В конце марта того же года, охваченные эйфорией безнаказанности и вседозволенности, Агеев, Аверченков и Митин совершают новый дерзкий налёт. Объектом нападений стал Кунцевский торг. Вооружённые, они врезались в толпу покупателей, в то время как Агеев спокойно объяснял, что в магазине переучёт. Митин подошёл к стеклянному боксу кассы и потребовал деньги. Кассирша закричала, на глазах у всех у неё поседели волосы. Забрав деньги, Митин вошёл в кабинет директора и под дулом револьвера вывел находившихся там троих мужчин в торговый зал. Один из них, директор К. Антонов, попытался выскочить в соседнюю дверь, однако Митин с наганом на боевом взводе догнал его. Завязалась борьба. Директор крепко схватился за барабан нагана, не позволяя совершить выстрел. Видя такое дело, Митин одним ударом свалил его на пол и выстрелил в упор.

 

БАНДИТСКИЙ «ФОРС»

     После этого банда совершала налёты, сея страх и смерть, практически каждую неделю. Немногочисленные оставшиеся в живых свидетели из всех примет особо ярко заметили только высокого блондина в кожаном пальто, какие носили некоторые высшие офицеры МГБ, МВД, генералы Миноба и… «воры в законе». Во время грабежа бандиты не щадили никого – ни детей, ни стариков. Убивали даже домашних животных…

     Летом же вообще произошёл из ряда вон выходящий случай. К тому времени вконец обнаглевший Митин, не делал из дома и шага без пистолета. Как-то в июне, он вместе с Агеевым и Аверченковым поехал к отцу Митина. Троица сошла с электрички на станции Удельная и удобно расположилась в привокзальном ресторанчике. День был жаркий и Митин снял пиджак. Агеев заметил, оттопыривающийся в кармане его брюк пистолет. «А, ерунда, не обращай внимания!» – махнул рукой на замечание подельника Митин, продолжая спокойно пить пиво. Заметили очертания пистолета и дежурившие на перроне милиционеры патруля, но брать преступника в зале ресторанчика не решились – тот мог открыть стрельбу. Наконец компания, допив водку и пиво, направилась на перрон. Милиционеры, охватывая их полукольцом, шли следом. И тут Митин, ни слова не говоря, выхватил пистолет и, не жалея патронов, начал палить по «легавым». Патрульные в ответ начали стрельбу на поражение. Однако расстояние было слишком велико – ни одна из пуль не достигла своей цели. В результате перестрелки один из патрульных был легко ранен  в руку, а бандиты спешно скрылись в лесу. Организованная по горячим следам погоня, результатов не дала.

 

ГЛЕБ ЖЕГЛОВ И ВОЛОДЯ ШАРАПОВ НЕ СПЯТ…

     Меж тем в Москве, в коридорах и кабинетах МГБ, полным ходом шла «накачка». Шеф Министерства госбезопасности Абакумов был вне себя. Ведь неуловимая банда действовала в нескольких километрах от ближней дачи самого И. Сталина! И несмотря на принятые меры безопасности – создание целой сети информаторов, увеличение числа и количества милицейских нарядов и патрулей – банда в течение многих месяцев оставалась неуловимой. Более того, донесения агентуры и сотрудников МГБ, свидетельствовали о росте паники у населения. Многие москвичи поговаривали, что вернулась «Чёрная кошка», о чём комиссар госбезопасности третьего ранга Макарьев поведал Абакумову в докладной записке. В той же записке Макарьев писал, что в МГБ колеблются, какую именно линию выработать в создавшемся положении. Абакумов, конечно, знал, как избавить людей от слабости сомнения – хватать и сажать. Всех! Однако тогда политическая ситуация не позволяла министру развернуться в полную мощь – он сам оказался на крючке у всесильного сталинского «серого кардинала» Берии. Некий Рюмин, следователь абакумовского ведомства, дабы обелить себя, написал донос на шефа, и весной 1951 года Берия завёл дело. А «Чёрная кошка» стала неплохим козырем в его грязной игре за власть. И не только в его руках – информацию о неуловимой банде потребовал партийный глава столицы Н. Хрущёв. Он собрал начальников всех милицейских управлений на особое совещание и устроил им настоящий разнос. Он стучал кулаком по столу, матерился как сапожник и угрожал разжаловать и арестовать всех и вся. И это были не пустые слова – по его распоряжению МГБ арестовало начальников двух отделений милиций, на чьей территории произошли грабежи.

     Однако действовать путём арестов и запугивания было всё равно, что стрелять из рогатки. И, тем не менее, по всей столице шли повальные облавы. А со знаменитого Тишинского рынка – аналога одесского «толчка» – «барыг» и всех подозрительных брали фургонами. Бесполезно – банда ускользала, как вода сквозь пальцы. Милиция трясла и выкорчёвывала «малины» так, что, в конце концов, «авторитеты взвыли». И тогда произошло неслыханное: столичные «авторитеты» и «воры в законе» предложили муровцам заключить временное «перемирие» и встретиться! Такая встреча произошла в шикарном кафе «Эрмитаж», как раз напротив Петровки, 38. В её ходе все «авторитеты» заверили сыщиков, что они не знают, что за шайка орудует в Москве и её окрестностях, а если бы знали, они бы один раз поступились «законом» и сдали тех, из-за кого «им мешают спокойно работать». МВД и МГБ трясло: там знали, что «серый кардинал» любит наступать на больные мозоли. Ещё бы – в самой Москве грабят, как в гражданскую, и убивают, убивают!.. Милиция третий год не может поймать обнаглевших налётчиков. Знал ли о «Чёрной кошке» Сталин? Скорее всего, знал – ему всегда докладывали о громких преступлениях. Об этом говорил и Владимир Арапов, один из руководителей поимки банды высокого блондина.

     В ноябре 1952 года шайка совершила очередной налёт на сберкассу, взяв небывалый куш в 18000 рублей – астрономическая для СССР сумма! Для примера: автомобиль «Победа» стоил тогда порядка 10000, а огромная двухэтажная дача в престижном Ново-Переделкине (нынешняя Рублёвка) – порядка 20000 рублей!.. Причём теперь у бандитов выработался свой «почерк»: врываясь в помещение магазинов, складов или сберкасс, они приказывали всем лечь на пол лицом вниз, немедленно убивая тех, кто замешкался. Если ограбление происходило днём, на дверь цеплялась табличка «Переучёт» или «Обед», если вечером, то после грабежа они закрывали дверь своим, заранее припасённым навесным замком. Это были те самые «мелкие» улики, благодаря которым сыщик В. Арапов, словно пазлы, собирал общий портрет банды. Так, однажды, глядя на карту Москвы и области, на которой он флажками отмечал места нападений банды, Арапов заметил, что ограбления происходят во всех районах, исключая один – Красногорский! Более того – этот район находился практически в центре условного круга действия бандитов. Вывод напрашивался сам собой. Центр банды, её логово находится именно там. Арапов доложил свои соображения и факты начальству, после чего было принято решение о подготовке внедрения в «Чёрную кошку» двух спецагентов МУРа. Оперативные псевдонимы «Морозов» и «Михайлов». Их снабдили крепкими уголовными легендами, деньгами и они, соря деньгами, начали ходить по самым злачным и дорогим заведениям столицы. Хвастая при этом своими «воровскими заслугами». Однако высокий блондин, словно почуяв, что охота на него и его шайку уже началась, затаился. Муровцы даже предположили, что «Чёрная кошка» покинула столицу. И тут, словно подтверждая их версию, на имя начальника МУРа, из небольшого городка Мичуринска Тамбовской области пришла секретная телеграмма: «Чёрная кошка уничтожена». Столичные сыщики немедленно выехали туда. Их ждало разочарование. Среди убитых мичуринских бандитов высокого блондина не оказалось…

 

КОНЕЦ И НАЧАЛО.

     Меж тем, «Чёрная кошка» вновь появилась в Москве. В январе 1953 года Лукин и Базаев выступали на соревнованиях по хоккею в Мытищах и приметили там сберкассу на площади Дзержинского. Вся «команда» приехала на условленное место уже через день, около полудня. Войдя в сберкассу, Митин одним рывком перекрыл дверь тяжёлой батареей и подошёл к кассе. Одна из кассирш закричала, и он дважды ударил её в лицо пистолетом с такой силой, что обойма выпала и отлетела в сторону. Митин встал в центре зала и держал всех под прицелом второго пистолета. Лукин перепрыгнул через прилавок и сгрёб деньги в сумку – 30 тысяч рублей. И тут неожиданно зазвенел телефон. Лукин снял трубку. «Это сберкасса?», – спросил мужчина. «Нет, стадион». Это была ещё одна «зацепка», на которую  В. Арапов сразу обратил внимание. Ведь по странному стечению обстоятельств большинство ограблений произошли недалеко от местных стадионов: «Динамо», «Мытищи», «Тушино»… Так возникла новая версия. Сыщики искали прожжённых уголовников, а на самом деле искать нужно спортсменов или болельщиков, живущих в подмосковном Красногорске!

     Во все отделения милиции снова разослали приказ обращать внимание на любые неординарные события в среде молодёжи, особенно во время спортивных соревнований. На этот раз ждали недолго. От избытка энергии и денег Лукин решил покуражиться. Выпив с друзьями недалеко от Красногорского стадиона, он, смеясь, укатил от торговой точки бочку с пивом, а когда продавщица пригрозила позвать милицию, Лукин выкупил всю бочку и стал тут же угощать всех желающих. Среди тех, кто окружил парня, был и Владимир Арапов, взявший на заметку ухаря. За Лукиным установили негласное наблюдение, но он вёл себя как обычный студент. Учился в МАИ, изредка кутил и встречался с друзьями – молодыми ребятами. Никакой уголовщины, наоборот: все передовики производства с кристально-чистыми биографиями и характеристиками. Арапов уже было подумал, что ошибся, а выходка Лукина – случайность, ведь и он, и его знакомые учатся, работают на оборонных заводах, пользуются уважением, занимаются спортом. В общем, молодые ребята живут в духе времени…

     Однако когда оперативники засекли Митина, установили за этим фигурантом слежку и сопоставили встречи друзей, с ограблениями, кое-что начало проясняться. Кожаное пальто, рост, цвет волос, отпечатки ботинок – всё указывало на то, что Митин и есть главарь «Чёрной кошки». А когда Лукин поехал в Мурманск, в лагерь к осуждённому Николаенко, к нему в купе подсел оперативник. И пока Лукин и Базаев вышли в ресторан, он вскрыл чемодан и обнаружил двадцать тысяч рублей в банковской упаковке. После проверки номеров ассигнаций было выяснено, что это деньги с ограбления подлипковской сберкассы…

     Для сыщиков это стало настоящим потрясением. Сталинские передовики производства, награждённые за доблестный труд медалями и грамотами, отличники учёбы, «молодая поросль», красовавшаяся на Доске почёта. Парни от 16 до 23 лет. И они же – жестокая банда! Нет, в идеологических интересах требовалась «утечка» информации о раскрытии сотрудниками МУРа и МГБ опасной банды уголовников-рецидивистов – «Чёрной кошки», а не молодых рабочих-комсомольцев с оборонного завода!

     …В феврале 1953 года Митина и его подельников взяли. Следствие заняло всего полгода и четырнадцать томов дела. Преступники не отпирались, рассказывая всё в подробностях. Суд над членами банды Митина проходил в закрытом режиме. Двоих Митина и Лукина, приговорили к высшей мере – расстрелу, остальные девять членов банды получили огромные сроки от 15 до 25 лет. Дело о кровавой банде Митина на долгие годы засекретили, предпочтя миф о «Чёрной кошке», правде о передовиках-уголовниках…   

               

 

 

 

 

Категория: Мои статьи | Добавил: flirt (26.04.2014)
Просмотров: 1840 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 3.0/2
Всего комментариев: 2
avatar
1 Владимир • 19:21, 03.05.2014
Спасибо!!!!!
avatar
2 nojabr1964 • 21:29, 17.11.2016
круто
avatar
Вход на сайт

Поиск
Поиск видео